В Москве 6-7 июня проходила конференция GSM>3G Russia. Среди участников была “большая тройка” российских операторов (Билайн, МТС, Мегафон), не последниие люди из Vodafone и Orange, а так же вендоры, контент-провейдеры и виртуальные операторы, которых чаще всего обозначают аббревиатурой MVNO.
Вопрос, пунктиром прошедший через всю конференцию — “Когда в России появятся сети 3G?”. Сети третьего поколения, успешно работающие и на Западе, и на Востоке, в России до сих пор не могут получить лицензию. Регулятор (так у связистов принято называть орган, выдающий лицензии) уже несколько лет подряд обещает решить вопрос с лицензиями в ближайшем будущем. Я общалась с российскими операторами в феврале, когда г-н Рейман, Министр информационных технологий и связи Российской Федерации, озвучил дату “конец 2006 года”, и все очередной раз поверили, что так и будет. Но вот настало лето, регулятор отказался подтвердить эту информацию, равно как и не стал опровергать. Вместо этого мобильной общественности предложили ответить на вопросы, нужна ли в России сеть 3G? Готовы ли операторы к внедрению новых технологий и сервисов? Готовы ли пользователи получать новые сервисы и платить за них? Двухдневная конференция стала ответом на эти вопросы.
Техническая база
Большая тройка российских операторов мобильной связи заявила, что все технологические проблемы остались давно позади, что техническая сторона вопроса не является предпятствием для появления 3G. Более того, все операторы уже закупили оборудование, которое можно использовать как под G2.5, так и под G3, “на случай, если регулятор неожиданно начнет выдавать лицензии”.
Единственная причина, по которой развертывание 3G сетей до сих пор не осуществляется — нехватка частот. В России только 9% радиочастот отдано под гражданскую связь, а остальное занято военными. Освобождать необходимый для 3G спектр пока никто не торопится. В кулуарных беседах наиболее вероятной датой называли 2008 год. Вендоры открыто говорили, что им никто из российских операторов на ближайшие пол-года не заказывал ни оборудование, ни работы по развертыванию 3G. А со сцены лились хитрозакрученные фразы, вроде “смысловое значение приобретает политическое звучание”, что на самом деле означало “Единственный сдерживающий фактор — это регулятор”.
Неожиданно со мной разоткровенничался представитель одного из российских операторов: “Нам нет интереса внедрять 3G сейчас. Мы, да и другие операторы, только что закончили вкладывать деньги в 2.5G, мы еще не отбили эти затраты. Мы все трое будем лоббировать отсрочку, чтобы 3G появилось не раньше 2008 года”. Со сцены только что звучали жалобы, что показатель прибыли с клиента (ARPU) неизменно падает, что люди стали гораздо меньше тратить на голосовую связь, и единственный способ увеличить доход оператора — предоставлять новые сервисы, “тяжелый” контент, вроде мобильного телевидения. Я напомнила эти жалобы человеку, давашему мне откровенное интервью, и получила ответ: “Да какие сервисы! Вы знаете, что предпочитают наши пользователи? Им же ничего, кроме SMS, не нужно! Зачем мы будем вкладываться в сеть и новые сервисы, когда люди шлют друг другу SMS-ки, и счастливы этим?”. А действительно — зачем?
Мобильный контент
Скудность российского мобильного контента особенно остро ощущается на фоне презентаций западных контент-провайдеров. Например, итальянская компания H3G рассказала о своем мобильном телепортале, который перетянул рекламодателей у стационарного телевидения и приобрел вес, не меньший, чем традиционное СМИ. Или, к примеру, информационные каналы для автомобилистов, транслирующие на мобильный телефон состояние дорог в городе в режиме реального времени, с подробной картой. Идей много, они успешно реализуются везде. Но у нас пока основной контент ограничивается убогими рингтонами и ворованными музыкальными хитами в формате MP3. Количество пользователей, кому нужно что-то более информативное, чем картинка тетки с титьками, оценивается экспертами в 400 000 человек на всю Россию.
“Когда я не работал в фирме, производящей мобильный контент, я думал — неужели есть такие идиоты, кто отсылает SMS-ки, чтобы получить песенку или дурацкую картинку?” — рассказывал за чашкой кофе один из контент-провайдеров. “А теперь я увидел, что на самом деле, таких людей много! Более того, я сам стал одинм из них. Я уже протестировал на своем телефоне 3 000 мобильных игр”.
MVNO vs Big3
Независимые вирутальные операторы являются одним из простейших способов повысить качество контента и превратить мобильный телефон в ключевой инструмент, с помощью которого можно работать, и развлекаться. Вирутальные операторы арендуют каналы у владельцев и предлагают подписчикам связь по этим каналам + дополнительные услуги. Это могут быть специализированные сети, например, этнические или профессиональные. Получается нечто вроде сообщества, клубов для своих, и во всем мире люди с удовольствием платят именно виртуальным операторам, потому что именно у них персонифицированность достигает максимального уровня. Но в России вирутальные операторы не имеют лицензий и действуют на свой страх и риск.
“Операторы большой тройки не понимают, что мы — единственный способ привлечь новых клиентов, привлечь новые деньги. Сами операторы не в состоянии предложить разнообразные и разнонаправленные сервисы — им некогда заниматься социологией, изучать спрос. Этим должны заниматься мы, но операторы не готовы делиться прибылью и пускать кого-то в свои вотчины” — сказал представитель компании “Народный телефон”.
Нам с вами противостояния внутри индустрии интересны лишь потому, что мы недополучаем тех сервисов, которые уже сегодня технологически доступны. Использовать телефон по прямому назначению стало возможным еще до эпохи GSM. Технологии предлагают несравнимо больше, чем голосовая связь — технологии предлагают мобильный образ жизни. А мы отправляем SMS с кодовым словом и радостно участвуем в очередном лохотроне, чувствуя себя современными и динамичными.