Год назад мы с Павлом гуляли по Кракову и смотрели, как поляки отмечают день независимости своей страны и окончание Первой Мировой Войны. Тогда мы узнали, что 11 ноября в мире принято вспоминать всех погибших на войне — не важно, Первой, Второй или непронумерованной. Британцы и Канадцы называют это Remembrance Day, американцы — Veterans Day. В краковских костелах в тот день шла поминальная служба.
Начало XX века было для Европы относительно благополучным временем. Кинематограф, аэропланы, безлошадные кареты — прогресс стал новой религией, вера в разум человека внушала оптимизм. Стефан Цвейг в мемуарах “Вчерашний Мир” так пишет о предвоенной Европе:
“В такие рецидивы варварства, как войны между народами Европы, верили столь же мало, как в ведьм и привидения; наши отцы были убеждены в прочности связующей силы терпимости и дружелюбия. Они искренне полагали, что границы и разногласия между нациями и вероисповеданиями постепенно сотрутся во всеобщем человеколюбии, а стало быть, всему человечеству суждены мир и безопасность — эти высшие блага…”
Война разрушила миф о разумности человека и заставила усомниться в достоинствах прогресса. Европейцы впервые убедились, что прогресс продвинул человечество лишь в науке взаимного уничтожения.
Во многих станах символом Дня Памяти стали маки. Говорят, что после войны маковые поля обильно зацвели во Фландрии (сегодняшняя Бельгия), где проходили самые кровопролитные сражения. С тех пор маковые венки кладут на могилы павших, маки вдевают в петлицы. В России отмечать окончание Первой Мировой по понятным причинам не принято, и нет в календаре дня памяти, хотя Россия потеряла в войнах миллионы людей. Было бы хорошо, если бы у нас появилась традиция вспоминать о том, что война — это не только победы, но потери, смерть и хаос.
Photo by Striatic
Leave a comment