Научно-технический прогресс и я (эссе-ретроспекция)

Последнюю неделю я запойно читаю Лема. Верный признак запойности проявляется в том, что даже отложив книжку (в моем случае -- палм), я продолжаю думать о тех проблемах, которые Лем с юмором, горечью и здоровым цинизмом живописует у себя в романах. Взаимоотношение человека с научно-техническим прогрессом -- эта тема так или иначе всплывает во многих его романах, и я невольно вспомнила, как мой собственный уклад жизни стал меняться под напором развивающихся технологий.

Точкой отсчета, абсолютным нолем для меня явилась квартирка моих родителей -- радио, холодильник, стиральная машина и ч/б телевизор. Еще в доме был лифт, в котором я даже как-то умудрилась застрять. Первой позитивной переменой в моей жизни стала замена черно-белого Изумруда на цветной Горизонт. Это произошло чуть раньше, чем на ТВ стали появляться новые каналы в добавок к первому и второму. Таким образом, прогресс подошел ко мне со стороны индустрии развлечений. Наверное, в этом есть что-то знаковое.

В школе я познакомилась в компьютером (помню, что дисплей был цветной, но Windows там, конечно, еще отсутствовала). Потрясения не испытала, интереса не ощутила. Лишь много позже, на первом курсе университета, я испытала прилив любопытства в отношении компьютеров, когда в нашем конференц-зале некая компьютерная фирма организовала конференцию. Я обратила внимание на то, что все люди, связанные с компьютерами, имеют что-то общее во внешности и поведении (красные глаза, сутулость и профессиональный жаргон мне тогда показались признаками принадлежности к какой-то высшей касте или тайному обществу).

Потом произошло невероятное событие -- дедушка Сорос открыл в нашем Университете Интернет-Центр, и я получила сертификат тысячного пользователя Интернета. Помню, как мы с подругой пришли в Интернет-центр, выстояли длинную очередь, чтобы зарегистрироваться и получить доступ к тайным знаниям. Когда я наконец протянула свой студенческий билет, девушка, выдающая пропуска в Интернет, загадочно улыбнулась и скрылась в недрах служебного помещения минут на пять. Потом она появилась в окружении трех парней и торжественно объявила о том, что Интернет-центр зарегистрировал тысячного пользователя, им стала Евгения Власова, за что ей полагается сегодня работать столько часов, сколько ей захочется (остальных ограничивали сеансом в 45 минут). Аплодисменты, я покрываюсь густым румянцем.

Интернет меня разочаровал. Выяснилось, что дурак-компьютер не обладает телепатическими способностями и мне придется научиться работать с ним, прежде чем я смогу извлекать что-то полезное из глобальной сети. В обучении мне сильно помогла моя безбашенная самоуверенность -- я устроилась работать в компьютерную фирму менеджером по связям с общественностью. Я ничего не смыслила в IT, равно как и в PR, зато умела изъясняться по-русски, за что и получала заработную плату. Мое положение было превосходным -- я получила неограниченный халявный доступ в Интернет и осваивала азы компьютерной грамотности. Через два года я сменила профиль и стала журналистом в компьютером журнале. Если я когда-нибудь стану сказочно богатой, меня будет очень просто шантажировать моими первыми статьями -- это настоящий компромат.

Прогресс в компьютерных технологиях в ту пору перешел в стадию количественных изменений -- росла производительность процессоров, объем жесткого диска и оперативной памяти, увеличивалась диагональ мониторов... Одна Винда сменялась другой... В общем, ничего особо зрелищного, способного потрясти воображение. На том этапе НТП было интереснее наблюдать в области мобильной связи. У меня появился пейджер.

Помните эти пикающие коробочки? Парни цепляли их к ремням на поясе, девушки носили их в сумочках. Я тихонько посмеивалась над своей подругой, когда она, сломя голову, бросалась к пейджеру, чтобы прочитать послание от своего ухажера. Я поняла, что сама впала в зависимость от пейджера, когда он у меня сломался. Я была подавлена и уничтожена этим событием. Каждое утро, сидя в маршрутке, я смотрела, как все, буквально все читали свои пейджеры, улыбаясь или хмурясь, и лишь я, как последняя лохушка, была без Него.

Кстати, примерно тогда я впервые увидела человка, ставшего позже моим мужем. PP (читается как ПиПи, сокращение от Paul Philippov) был увешан мобильными игрушками, как пулеметной лентой, что создавало между нами некоторую социальную дистанцию. Проще говоря, я его тогда немного испугалась, а он меня просто не заметил.

Конечно, в ту пору уже появилась мобильная телефонная связь (стандартов NMT и TDMA), но трубки оставались еще безумно дорогими, поэтому мобила стала атрибутом успешных бандюков. Чуть позже гораздо дороже оказалось пользоваться мобильной связью, чем иметь трубку, и преуспевающими считались люди, разговаривающие по телефону, а не просто владеющие таковым. Типичная картина той эпохи: рядом с роскошной тачкой стоит бандюк в пузыристых тренировочных штанах и громко кричит в трубку. Громко -- чтобы его слышала вся улица, а не только непосредственый собеседник.

И вот наступила эра Билайн, в нашей провинции появился стандарт GSM. Трубки стали дешевыми, связь более-менее доступной. Региональные операторы сетей GSM не строили, а потому заказали мне цикл статей, разоблачающих этот стандарт. Я закупила книжек, объясняющих устройство сотовой связи, и стала вникать, чем GSM отличается от CDMA, какой стандарт лучше работает в городе, а какой -- в чистом поле. Цикл статей, слава Богу, не состоялся -- менеджер, автор идеи, ушел из сотовой компании в мучной бизнес. В нашем аграрном крае продавать муку выгоднее, чем мобильную связь.

Моим первым по-настоящему персональным компьютером стал ноутбук, подарок любимого мужа. Я очень быстро оценила преимущества работы в положении лежа, с ноутбуком на пузе, благо на фрилансе я могу работать, не вылезая из постели. Если раньше слоган "Компьютер -- центр развлечений" меня пугал ( что же, без компьютера уже и развлекаться не умеете?), то теперь я воспринимаю это как должное.

По утрам я сперва проверяю электронную почту и лишь потом иду умываться и завтракать. Бумажные книги меня раздражают тем, что их нельзя читать в темноте. Палм в этом отношении гораздо удобнее. За пару лет непрерывного обитания онлайн, я стала воспринимать Интернет естественным продолжением мира, и нынешние трудности (Электросвязь отменила unlimited-тарифы, так и не протянув в наш медвежий угол ADSL) я воспринимаю очень болезненно (еще болезненнее их воспринимает наш кошелек).

Знаете, что самое поразительное в научно-техническом прогрессе, так круто изменившем наш быт? Не то, что компьютеры и телекоммуникации стали доступными и мобильными, а то, что мы этому не удивляемся.